нигде тебя нету, нигде не найти –
что гложет тебя, и о чём ты грустишь,
что чувствуешь прямо сейчас на пути,
и вот в этот миг ты – читаешь иль спишь?
конечно, ты спишь – ты не можешь не спать,
ведь завтра ещё миллионы забот:
ты должен для мира поддержкою стать –
тем стать, кто из бездны мир этот спасёт.
я знаю, что ты в мир великим рождён,
я чувствую это сильнее, чем дождь,
что ночью за окнами плачет и ждёт –
когда я, как ты, лягу спать телом всё ж.
А если ты хочешь быть действительно нужным – начни делать то, что нужно миру. И не просто то, что будет для людей очередным развлечением – а что принесет им настоящую пользу, поможет развиваться в верном направлении.
Только став полезным миру, ты станешь по-настоящему нужным другим. А ценность твоей жизни и самого тебя возрастет от пустоты до бесконечности.
Почему ребенок бьет другого? Значит, он увидел где-то такой способ поведения.
Нас строит общество, мы его продукт. На нас воздействуют все примеры, которые мы видим в окружающем мире – ТВ, радио, газеты, журналы, книги, друзья, коллеги, родственники. С раннего детства мы начинаем перенимать поведение окружающих, копируем то, что видим.
Все воспитание человека зависит только от примеров, которые он получает от окружающего его мира. В этих примерах он формируется и, скапливая их, строит себя. Поэтому, только изменяя окружающую среду, мы можем изменить свою жизнь. И только выбирая верное окружение своим детям, мы можем построить лучшую жизнь для них.
докатилась до низины,
прекратила быть ретивой,
захотела средь скотины
жить судьбой неторопливой.
разлюбила страсть и жажду,
отпустила мысли в волю,
расхотела даже кражу
привносить в тугую долю.
опустилась к травам диким,
отлепилась от желаний,
стала существом безликим:
плакать нечем — нет страданий.
удивила тех, кто рядом —
рвалась к жизни так свирепо,
развелась с экранным взглядом:
сдвинуть невозможно небо.
недели больше не писала:
не изменилось ничего?
я наслаждалась и страдала.
влюбилась, может быть, в кого?
стремилась к лучшему, свершила
десятки нужных миру дел?
тебя, быть может, разлюбила,
многострадальный мой удел?
неделя — что она для жизни:
вступила в свой черёд, ушла.
какие были мои мысли,
на что направлены дела?
неужто хватит и недели,
чтоб что-то в жизни изменить?
давно пора нам и на деле
одним чистейшим миром жить.
неделя — это мне подарок,
как и тебе, как и другим.
без всех поправок и ремарок
она прекрасна лишь одним —
когда есть цель, и средства тоже,
и мира чувствуешь ты нить:
недели в жизни нет дороже —
чтоб свою душу изменить.
я уже и не помню – то ли природа меня этим наградила, то ли сиё развилось в результате каких-то жизненных ситуаций. Может быть, это даже стало следствием детских травм – в юности мне по носу заехали качелью, о чем до сих пор напоминает едва заметное искривление носовой перегородки.
В общем, благодаря чему бы то ни было, но мне приходится мириться с очень ярким дополнением в моей жизни – миром запахов.
Неизбежный мир
Всё бы ничего, да, только сижу я сейчас, ночью, в своей комнате. Никому не мешаю, думаю, смотрю, пишу. А тут, начинает ко мне подкрадываться, откуда ни возьмись – резкий, сильный, приставучий запах табака.
И этот явный, жёсткий запах заставляет меня проверить окно, которое, конечно же, закрыто. Зайти в комнату сестры, хотя сестра не может курить по определению – у нее астма. Осмотреть входную дверь и принять неизбежное – я слишком сильно чувствую запахи.
Откуда ко мне этой ночью могла пробраться тонкая струйка никотинового дыма? Сквозь щели в окне, которые до сих пор заклеены поролоном, так как лето в Питере всё ещё не наступило? Или сквозь возможную крошечную трещинку между потолком и трубами от батареи, что связывают меня с соседями?
На самом деле это все не важно – запах настолько силён, что мой мозг дурманится, и заставляет сбежать в другую часть комнаты. Сбежать, в надежде, что туда бессовестный запах не дойдет.
Отторжения и привязанности
Жаль, что такая чувствительность к запахам, никакой пользы не приносит – собакой работать не разрешают.
А вот ограниченность из-за такой сверхчувствительности – ещё какая. Например, пришлось ограничить всех сотрудниц своего отдела, запретив им на работе сильно душиться и использовать лаки для ногтей и волос.
Лаки я ненавижу больше всего – резкие, химические, грубые запахи, портящие настроение минимум на час, пока к ним не привыкнешь. Хорошо хоть сотрудницы у меня сговорчивые. Или, зная меня, решили согласиться – себе дороже.
дождь близко от меня,
а ты так далеко,
дождь вот — в моей руке,
не веришь — посмотри.
не вынесу два дня,
года так шли легко,
когда был вдалеке —
я плакала внутри.
а дождь по коже бьёт,
ложиться на неё,
стекает по губам,
и с ног спадает в грязь,
он бить не устаёт —
он делает своё,
и он не должен нам
помочь построить связь.
я жажду верить в ложь,
что мне далёкий ты —
мне легче знать всегда,
что не достичь тебя,
и трудно видеть всё ж,
что близки все мечты —
как будто бы года
мои прошли не зря…
Творец, помоги! запуталась слишком:
его я хочу – а это не верно,
хочу быть лишь с ним, жить этим излишком,
хочу больше всех – безумно, безмерно.
Творец, помоги! несчастна я очень:
хоть всё мне даёшь – хочу только это,
ты можешь помочь, я знаю то точно,
всё серо вокруг – он только из цвета.
Творец, помоги! я знаю, что надо
хотеть мне других в сей жизни желаний,
но всё для меня сейчас – хуже яда,
он стал – заключеньем моих всех исканий.
Творец, помоги! Возможно, напрасно
тебя я прошу – неверно стремленье,
но я не могу увидеть то ясно,
пока только он для меня – наслажденье.
07.04.12, вечер
Последний день весны,
И вот уже мы в лете.
И что нам есть с того?
Да, ничего нам нет.
Какие снятся сны
Той, кто за мир в ответе?
Что ей важней всего
На склоне её лет?
Идёт та под дождем,
Кто нам должна так много,
Дождь пенится, искрит,
И ветром гнёт зонты.
Она мечтает днём,
Что будет жить лишь строго,
А ночью в тьму кричит –
Ну, где же, сволочь, ты?
И дождь согласен с ней,
Ещё б он не согласен –
Ведь был бы без неё
Он в мире сём один.
И в этой тонне дней
Он лишь тогда прекрасен –
Когда она живёт
Для мира, что един.
А в остальные дни –
Дождь просто с неба льётся,
И чистит лишь асфальт
От пыли городской.
– А ты быть хочешь с ним?
– А что мне остаётся?
Да, было б очень жаль
Не быть его рукой…
ждать не нужно, нужно делать,
всё готово, всё на месте,
чтобы выпрыгнуть из тела –
ждать не надобно лет двести.
прямо вот в сию секунду —
раз и сделал всё усилье,
что равно примерно фунту,
и над телом не насилье.
да, усильем-то зовётся,
чтобы только отличали
от желанья, что даётся,
а не чтобы в нём страдали.
полкило усилья это –
очень важно, очень ценно,
и в бескрайнем море света
то усилье – драгоценно.
а, быть может, и важнее
даже, чем всё света море –
мы узнаем то позднее,
но узнаем уже вскоре –
как из маленьких усилий
в половину килограмма
можно дать дорогу силе,
что нас выстроит до Храма.
Быть частью целого 