Быть частью целого

тишина в Неаполе, тишина,
я одна в Неаполе, я одна.
я как дерево, что на крыше —
я хочу летать, но кто слышит?

Эта жизнь пройдёт, ещё год,
и забудет мир весь свой род.
Замки помнят нас, и молчат,
Только птицы песни кричат.

Но отдаст листву этот сад,
Не один пройдёт маскарад,
Будет помнить замок меня.
Жизнь прошла беспечно моя,

И качая лист на ветру,
Словно дерево я умру.
Но прекрасно всё, что прошла —
Не желал Он каждому зла.

Просто лень, просто наш стыд,
Закопались в сотнях обид.
Пусть другие будут смелей,
И им будет толк из их дней.

Буду я сюда прилетать.
Ты живи, не стоит мечтать.

5.10.2026

я отдам всё тому, кто найдёт
радость мне хоть немного в сей жизни.
пусть она словно снег упадёт,
как наивные детские мысли.

через всё, что я в жизни прошла,
через всех, кого сердце любило,
через тонны холодного зла,
через дни, что нещадно забыла.

я отдам всё тому, кто создаст
радость в днях, что любить не умею,
кто меня до конца не предаст,
не предстанет в подобии змею,

соблазнившись вдруг чем-то другим.
чтобы я была, только я, точка.
где найти его, чтобы быть с ним,
если в жизни я сей одиночка?

я отдам всё кто вдруг возродит
страсть сквозь быт, и восторг и свободу,
раны пусть снова не бередит,
и не мутит бездонную воду,

где топила годами себя.
пусть он будет жить только днём новым.
я отдам всё, мой друг, для тебя,
спрячь меня белоснежным покровом.

хочу умереть не могу больше сложно
меня не спросили хочу ли родиться
кому то жизнь может горит и искрится
кому то она даже нравится может

но только не мне мне жизнь просто мученье
та тяга что больше влачить я не в силах
довольно в сей жизни напрасно любила
довольно ждала я в сей жизни спасенья

и стало быть хватит задуй свои свечи
и музыку выключи пусть тишиною
такою невинной такою родною
наполнится этот убийственный вечер

темно тут и тихо и я возвращаюсь
я много пыталась я долго служила
и цель сто раз вспомнила как и забыла
но сил больше нет и я с жизнью прощаюсь

здесь не оставляю тех кто будет плакать
быть может лишь дети но дети такие
привыкнут к судьбе они очень простые
им важно что сладко что быстро и драка

стихи мои пусть все сотрутся как пепел
задутые свечи сожгут их навечно
закончится вечер и в мир вступит вечность
а после мы что то получше уж слепим

посредственный поэт,
и жизнью свою просрала,
успеха не нашла,
усилья все в трубу.
какой там к чёрту свет!
и в этом проиграла,
такие вот дела,
уже почти в гробу.

развейте лучше прах
мой в море-океане,
пускай не обрету
ни места, ни чего.
я потерпела крах,
и даже места в чане
не будет мне в аду
скорее уж всего.

спаси меня, пожалуйста,
ты видишь, плохо мне,
и время бьёт безжалостно,
и жизнь моя в дерьме.
спаси, ведь я убожество,
нужна я никому,
людей в сём мире множество,
а я иду ко дну.
спаси, нет сил жить правильно,
и даже просто жить,
спаси, нужны мне правила,
мне силы одолжи,
спаси, я уничтожена,
спаси, спаси, прошу,
и жизнь без смысла прожжена,
и я не то пишу.
и слёзы растекаются,
я не люблю себя,
все люди разбегаются,
так одинока я.
никто. не стала важною,
не стала я нужна,
и не нужна жизнь даже мне,
мне не сладка она.
я лишь влачу остаточно,
и жажду не влачить.
достаточно, достаточно!
нельзя себя любить,
когда ты умер рано так,
бессмысленный поэт,
как умирал от раны всяк,
а мне уж 40 лет.
спивались, даже резались.
а я кто? да никто!
вся жизнь из глупой мерзости —
дырявое пальто,
что я никак не выброшу,
другое не сошью.
причина — я не выношу,
когда я не люблю.

я тебе не нужна, эка новость,
убеждаюсь ещё один раз.
растоптать свою гордость готовность
и простить тебя вновь, пидорас —

я, конечно же, это приемлю.
да, и к черту, ведь жизнь лишь одна.
голос разума? нет, я не внемлю,
просто, может, я слишком пьяна.

или может, влюбленности дымка
недостаточно сгинула вдаль.
для тебя я всегда невидимка,
для меня ты как яркий янтарь,

в волнах балтики выжженный морем,
солнцем сладостным сплавлен в одно.
я в тебя влюблена, я не спорю,
ты — как будто немое кино.

милый краузер, сгинем мы рано,
не узнав о друг друге совсем.
ты — моя не зажившая рана,
для тебя в жизни буду — никем.

середина октября 2025

твой шанс пропит, ты стал серым,
потихоньку отпускает,
не хватает больше веры
в тех, кто душу не узнает.

в тех, кто делал то, что нужно,
кто не видел мою силу.
быть к тебе великодушной?
обменял на дружбу милу.

что ж, удачи в дружбе этой —
скоро ты его забудешь.
ты уйдёшь, не встретив света.
свечи на торте задуешь,

купишь дом, и может, пони,
разведёшь в саду клубнику.
не узнаю, что ты помер,
не увижу даже лика

в этой жизни, и не нужно.
пропустил ты больше многим:
смысл жизни, мою душу,
и со мной быть век в дороге.

краузеру

Тише бьётся пусть сердце моё.
Обмануть тебя было так просто:
«я тебя не люблю!» Ну, серьёзно?
Что ж, стреляй, принесла я ружьё.

Как же так, снова разве не то?
Но я чувствую это так сильно.
Вот, внутри — нам всё в мире по силам!
Только сердце опять в решето…

Что за боль. Всё опять лишь мечты?
Почему невзаимности столько?
Ты, тот кто мне так нужен, но только
Вижу я это, не видишь ты.

Мир — обман, я его не люблю.
Почему я рыдаю ночами,
А они все искрятся лучами,
И не видят душу мою?

Яблок вкус — как же мне надоел!
Почему не могу я исчезнуть?
Пусть стихи управляют сей бездной,
Где всевышний не дал мне удел.

краузеру

я просто жду жадно твой первый вопрос,
твой первый вопрос, где ты спросишь — как я,
как мне, как прошла и как длился мой рост,
как дети, как жизнь, как страна и друзья.

но ты не спросил, и сейчас ты молчишь.
не дура, и так я давно поняла:
тебе не нужна, не нужна больше, мышь.
ты даже не спросишь мои как дела.

летают ракеты, и замки горят.
любимой быть роскошь, не каждый спасён.
и ты не поймёшь — ты мой сладостный яд.
нас время сотрёт, как стирает здесь всё.

краузеру

пусть не пишешь мне никогда,
мной не встреченный, не случайно,
не влюбившись в тебя, я отчаянно
провожу с тоскою года.

что в тебе? ты один из других,
просто умный и чувствуешь много,
хоть запутан дорогой до бога,
и живёшь в горах не моих.

говоришь не на том языке,
и ты занят давно, и надёжно.
но запутаться сердцу не сложно,
если я с тобой налегке.

если ты слишком больно умён,
а мужчин умных встретить — везенье,
но не знаешь ты наше творенье,
и не будешь в сей жизни спасён.

впрочем, я тоже вряд ли спасусь:
я ленива безумно, без края,
лишь смотрю как душа, покидая
моё тело, уже там — в лесу.

в том лесу, куда вечно стремлюсь,
и куда прав попасть не имею;
как не стану в сей жизни твоею —
я скорее в сей жизни сопьюсь.

так прощай, мой прекрасный не принц,
твои лошади явно голодны,
а мои мечты сумасбродны,
разбиваются, падая ниц.

всё, уйди. всё сказала вчера.
кольца — женщинам. а мне бокалы,
в коих слёзы солены и алы,
и тоска, лишь тоска до утра.

краузеру

21.9.25