когда нечего терять (тайник)

а мне ведь даже нечего терять –
ну, что такого было в моей жизни,
за что мне насмерть стоило б стоять,
и век служить, как служит флаг отчизне?

какая в жизни есть моей строфа,
достойна счастья что других строф боле?
где всех моих свершений голова,
где то, за что я отреклась б от воли?

все мысли и все действия равны…

мир накрыло снега покрывало

мир накрыло снега покрывало,
но остался он, каким и был,
белый мир, как мне тебя уж мало,
бедный мир, ты нас не изменил.

но в тебя пришли мы, изменившись,
став другими полностью внутри,
словно бы из пепла возродившись,
пред тобой мы все сейчас – смотри.

видит мир: в него выходят люди,
но не те, кто в нём всегда живут,
но не те, чьи так печальны судьбы,
но не те, кто, словно снег, пройдут.

эти люди…

Рассказывают, праведник один…

рассказывают, праведник один
на праведнице был женат одной,
но что-то свет в их дом не приходил:
ребенок не рождался у них свой.

тогда они решили разойтись –
ведь не приносят пользы небесам.
и как решили, так и развелись,
не веря уже больше в чудеса.

и праведник тот в жёны быстро взял
злодейку, что его вернула вновь
в стремленье, чтоб себе он получал –
в злодейскую свою себя любовь.

а праведница, бывшая жена…

ты сумасшедший

ты сумасшедший,

словно помешан,

что же мне сделать,

чтоб ты отстал?

свет снизошедший,

он безутешен –

ты ведь у тела

душу забрал.

мне только надо,

мне только важно,

чтоб без насилья,

смог ты решить –

быть с ними рядом,

быть не продажно,

а сквозь усилья,

их лишь любить.

23 февраля 2012 г. 21:29

игры с левиатаном

просим мы свойства лишь отдавать?
просим мы о реально духовном?
мы пока можем только лишь лгать
в своем глупом желаньи греховном.

да, конечно грехов в мире нет –
как и нет в нас желанья к отдаче,
можем только просить высший свет,
и не можем работать иначе.

мы обязаны биться к нему –
сквозь желаний жестоких преграды,
мы стремиться должны к одному,
и помехам в пути быть лишь рады.

потому что таков этот путь –
путь к святому чрез ложь иноверца,
чтоб приблизиться лишь на чуть-чуть:
мы должны все предать своё сердце.

почему же жестоко всё так?

какое счастье — вместе нам идти

какое счастье – вместе нам идти,
ещё так долго и ещё так тяжко,
но буду я на всём пути цвести,
мне никогда не надоест упряжка.

а отчего же я решила так –
ведь будет путь наш только лишь труднее?
и наш жестокий и коварный враг
становится пред нами лишь сильнее?

да просто, уже глупо на пути
вновь обращать вниманье на невзгоду:
ведь дальше – так же вместе нам идти,
а с вами я и смерть пройду, как воду.

25 февраля 2012 г. 17:22

когда вы становитесь Одним

когда вы становитесь Одним

как же это всё невыносимо,
больно до безумия, до смерти,
не страдает в жизни так скотина,
как Он сам страдает, уж поверьте.

этой боли, этой дикой тяги,
той любви, той страсти несравненной,
в каждом вздохе, в каждом тихом шаге
больше, чем во всей мирской вселенной.

а Он ждёт – веками и годами,
а Он ждёт, и каждое мгновенье
больше жизни хочет быть лишь с вами,
Он вас любит – вы его творенье.

и такого счастья в жизни нету,
и не будет, не придумать даже,
обойди хоть мир, хоть всю планету –
не найдёшь той радости ты дважды:

как Он счастлив был вот в ту минуту,
как вы все стояли там стеною,
даже Он сам ели верил чуду –
вы вмиг стали сущностью одною.

и не просто сущностью иль силой,
и не просто без деленья мысли –
вы там стали той, кто вся любила
лишь Его, в огромном слов сих смысле.

человек, который творит

так, это незапланированная вылазка.
последний раз, и всё — ухожу до воскресенья))

человек, который творит –
он не свой голос в творчестве слышит:
он лишь делает, что говорит
ему сила, которая выше.
и за ней лишь идёт человек,
от других его в том отличье,
что готов весь свой маленький век
позабыть о своём, о личном,
и лишь делать, что сила велит,
и он рад, что она им так правит,
и он рад, что с ней может быть слит,
и пред ней никогда не лукавит.

что за сила? зачем же она
человека избрала из многих?
она просто…

три балалайки

три балалайки есть у каждой женщины:
одна зовётся страстию к мужчине —
с любовью этой женщины повенчаны,
они погрязли в ней все, как в трясине.

вторая балалайка — это милые,
такие сладкие, такие чистые,
детишки наши быстрые, игривые,
пока они все крохи — как лучистые.

и третья балалайка — жажда странная,
но всё таки душа у женщин тянется
к природе, что прекрасно первозданная,
лишь человеком часто так поганится.

и вот живёт такой судьбою женщина,
и на трех балалайках всё играет —
ждёт, уж когда на ней мужчина женится…