Быть частью целого

Как же мы допустили такое?
Ты же помнишь ту боль, Ленинград!
И теперь вас таких уже двое —
С кровью самых жестоких блокад.

Почему не убьете вы гада?
Почему гитлер снова живой?
Нет, не надо искать вам снаряда,
Хватит ножика цели такой.

Почему, мир, ты смотришь так робко,
Как овечка на эту войну,
На деянья того «самородка»,
В смысле выродка, я не пойму?

Что вы ждёте? душевнобольные
ким чен ын, он и пёс беларус,
Что они станут чудом другими,
Переменят себя из-за чувств?

«Власть? Не надо! Убийства? Зачем же!
Будем мы лишь добро в мир творить.
Натворили довольно проблем же,
А теперь станем всех мы любить…»

Что вы ждёте от тех психопатов?
Прекратить надо! Что ещё ждать?
Для чего горы слать автоматов —
Не давайте людей убивать!

Мировая, блять, третья так близко!
Мы играем за пешек в неё —
Короли далеко, а мы низко,
Мы воюем и мрём как зверьё.

Даже те, кто цель знает и смысл —
Даже мы смотрим, и всё ж слепы,
Мы, познав и низины, и выси,
У политики сраной — рабы.

Как добраться, как нам докричаться
До того, кто рисует наш мир?
Как стучать, чтобы всё ж достучаться,
И свернуть этот долбаный тир?

Как орать? Чёрт возьми, мировая
Третья сраная здесь уж почти!
Мариуполь уже догорает,
И кто умер — нам их не спасти.

Мы уставшие, сонные души,
Всё что можем мы — в небо кричать,
Чтоб услышали нас Его уши,
Что готовы за мир отвечать.

Только как, как решиться ответить,
Как решиться жить болью чужой,
Никогда больше чтоб на планете
Не могли мы столкнуться с войной.

Ты сейчас здесь, напротив меня,
Ты скрываешься. я Тебя вижу.
Мне открыть нужно новую нишу,
Чтоб не просто конца ждать у дня.

я не верила, что сможешь Ты
Зайти так далеко, так опасно.
Да, бездействие, право, ужасно
И все мысли, что так не чисты.

Но сейчас Ты опять предо мной,
Пелена с глаз тихонько сползает,
И реальность меня не терзает,
Просто хочется дать путь домой

Тем простым и бесхитростным тем,
Кто живёт с верой в правду, с надеждой,
И кто стал волей рока невеждой,
И кто просто сейчас глух и нем.

Все они — части нашей души:
Кто глупы, кто добры, кто жестоки,
Все они без Тебя одиноки,
Просто быть с Тобой им разреши.

Чёрт возьми, я скучаю!
Не должна бы скучать,
Словно что-то теряю,
Не могу удержать.

И как с тем идти дальше?
Ты исчезнешь чрез миг,
И средь всей этой фальши
Растворится твой лик.

Говорить с тобой будем
Мы, возможно, всегда,
Но уже не как люди,
Впрочем, то ерунда.

Но что тает надежда —
Очень сложно принять:
Не смогу тебя нежно
В этой жизни обнять…

Навсегда останешься
Ты один со мной,
Ты со мною справишься,
Справится ль другой?
Вряд ли мысли с чувствами
Сможет все принять
И в моменты грустные
Через боль обнять.

Сложно в мироздании
Быть всю жизнь такой,
В этом одеянии,
Где эмоций рой,
Где поддержки искренней
Ждёшь, а её нет.
Как жестоко выстрелил
Этот чёртов свет.

Птицы умолкают,
Тишина в ночи,
Белое проклятье,
Чистое, как свет.
Ничего не знаем,
Мы — как тень свечи,
Век в его объятиях,
Он на всё ответ.

Вчера молодая,
Храбрость через край,
Страны, люди, крыши,
Ветер и закат.
А сейчас другая —
Выспаться мне дай,
Будь как можно тише
И не трогай, брат.

Только то осталось,
Что всегда со мной —
Что могу сказать я
В этом мире лжи.
Всё сто раз сказалось
Под его луной,
Но моё проклятье
Заставляет жить.

Ты не даёшь мне повода
За что тебя любить
Ради какого золота
Что смог мне подарить
Лишь слёз ручьи бескрайние
Лишь боли в сердце тьму
Всегда во всём я крайняя
За что меня в тюрьму

Тебе что что я сделала
Что я не додала
Терпела зря всё телом я
Душою зря спала
И вся к тебе вся ненависть
Оправдана до дна
Холодный злой ты в серости
Душа твоя темна

Уйди уйди безрадостный
Уйди от меня злой
Устала в этой гадости
Устала всей душой
А завтра снова верую
Вдруг добрым станешь ты
И боль забуду первую
И все мои мечты

Как глупо ждать от бедности
Щедрот от всей души
Как горько ждать от тщетности
Заботы. Ты лишил
Меня в себе уверенности
В то что стою я
С тобой в убогой серости
Живу как на углях.

Однажды мы сидели с Сарой на балконе и пили чай. Было тепло, и летний ветер с зеленых холмов раздувал её волосы. Которые от утреннего солнца казались ещё более золотыми.И вдруг Сара спросила меня — помню ли я холодные морозные вечера в старой избушке.я ответила, что и вспоминать не хочется эти одинокие продрогшие дни, когда даже книгу приходилось читать при свете свечи.Сара улыбнулась мне и рассказала, что именно в эти студёные ночи Она была действительно счастлива. Ведь те усилия, которые прикладывались тогда, не сравнить с усилиями в лёгкие и счастливые времена.

1.1. 1.2. 1.3. 1.4. 1.5. 0.1. 0.2. 0.3. 0.4. 0.5. 0.6. 0.7. 0.8. 0.9. 0.10. ?.1.
2.1. 2.2. 2.3. 2.4. 2.5. 2.6. 2.7. 2.8. 0.11.
3.1. 3.2. 3.3. 3.4. 3.5. 3.6. 3.7.
4.1.

Надоело играть в эти прятки.
Уничтожу тебя одной мыслью.
Дальше делай вид, что всё в порядке,
И ты типа там думал о смысле,

Когда резал меня по живому,
Вынимал душу, и всю калечил.
Не прощу мою боль я любому:
Быть блаженной — не может быть речи.

Ты что думал, что я как берёза:
Режь кору, сок мой пей, всё стерплю я?
Может день и полью свои слёзы,
Но тебя своей мыслью сотру я.

Что за люди пошли в наше время,
Истезать других словом возможно,
Насмехаться. Несу типа бремя,
Так с другими быть сукою можно?

Ну, так жри мою мысль, всю хавай,
Она ядом тебе будет знатным.
Моя жизнь — для меня как отрава,
Усиляющая многократно.

Этот мир из пластилина,
Ты его слепил,
Но осталась лишь равнина,
Нет ни дел, ни сил.
Выжжен мир, где я старалась
Что-то там мутить,
Выжжен весь, я доигралась,
Надоело жить.

Грустных песен агрегаты
В мусорке лежат,
Жизнь как старые дебаты
Может раздражать.
А попросим — то не это,
Снова дураки.
У меня же нет секрета —
Все дни не легки.

Так что, как быстрей и проще —
Это не ко мне —
я из тех, кто тихо ропщет
В вечной тишине
Под акацией, у стройки,
Что уж десять лет
Ты забросил, и в помойке
Мой лежит секрет.