Быть частью целого

я не вижу ничего
кроме стен и потолков,
кроме редких глаз его
и о нём холодных снов,
где ищу его, ищу,
он уходит от меня,
я за всё его прощу —
он одна тоска моя,

я не вижу ничего,
занимаюсь ерундой,
мне важнее то всего,
что занять и с головой
может с ночи до утра,
чтоб не думала о нём,
умереть давно пора —
грустно так в мирке моём,

я не вижу ничего,
столько важного ведь есть,
отношений волшебство,
зависть, страсть, поддержка, месть,
но все чувства так пусты,
всё, что без него, мертво,
жаль что ты, не он, а ты —
тот, нет смысла без кого.

я замужем,
моя тоска другая,
не как тогда,
не так, как у тебя,
мы там уже
зовёмся дорогая,
идут года,
жалеем мы себя,

не бесимся,
не бегаем галопом,
и беглый взгляд
не ищет всё его,
не грезимся
день-ночь своим зазнобам,
никто не рад
нам сделать торжество,

я правильно
с утра до ночи самой
веду свой быт,
веду всегда себя,
сквозь правила,
чтоб быть прилежной дамой,
мой нрав убит
и молодость моя,

я замужем,
не сделаю шаг влево,
не брошу всё,
пуститься чтоб в бега,
я там уже,
теперь я королева,
что крест несёт,
народа что слуга,

тоска она
не будет меньше, проще
и не пройдёт
уж больше никогда,
но раз дана
хоть капля новой мощи,
то кто-то ждёт,
чтоб выйти уж из сна.

Всё в мире — во мне
От крошки до капли,
От камня на дне
До звёзд в чёрной дали,

От самых родных
До тех, что не знаю,
От мыслей моих
До знаний без края,

Истории ряд
И вечность, что будет,
Земли нашей чад
И бездна, где люди —

Как точки во мгле,
В бескрайних вселенных,
Всё это во мне,
И все они бренны,

Лишь только одно…

этого не может быть,
темнота в глазах,
я должна сильней любить,
мира чтоб гроза
не свергалась на людей,
в том числе и тех,
мыслью держит кто своей
наш с тобой успех,
кто так многое вложил,
столько дней, часов,
нашей целью дорожил,
прятал на засов
среди праздной суеты
связь чрез все миры,
с ним мы вышли, я и ты,
посреди поры,
где нам было выходить
ещё рано врозь,
но он мог нас так любить,
полностью, не вскользь,
что могли мы выйти враз,
это всё его,
как же можно в этот час
нам терять того,
кто нас за руку держал
и толкал вперёд,
он так многое нам дал —
наш теперь черёд!

Марату

я чувствую всё реальностью,
и чувства меня волнуют,
кидают из самой крайности,
красивые сны рисуют,

щекочут, бьют неожиданно,
раскроются и погаснут,
нагонят пурги невиданно,
и кажется, всё ужасно,

а вдруг станут тихой гаванью,
где плаваю безмятежно,
всё, что мне дадут, я хаваю
и тешу себя надеждой,

что чувства мои улучшатся,
что будет приятней, проще,
не буду от них я мучиться,
дадут мне огромной мощи,

а чувства высокомерненько
всю жизнь мою мной играют,
как будто в руках соперника
рождаюсь и умираю,

и править им не получится,
но очень бы всё ж хотела,
ах, как бы отсель не мучиться,
а жить выше чувства тела!

отказаться от самого важного,
отказаться от самого нужного,
от гармонии, где всё так слажено,
ради нестерпимо натужного,

отказаться — чтоб жить в заточении,
отказаться — чтоб жить средь сомнения,
в постоянных потугах, в терпении,
и частенько без вдохновения,

отказаться — предать свои ценности,
отказаться — забыть свои гордости,
это ради какой драгоценности?
это ради какой чудотворности?

это ради какого свершения?
это ради какого открытия?
разве стоит награды служение?
что получим за челобития?

это ради свершений неведомых,
это ради того, что нетленное,
бытия тайн — авансом разведанных,
отказаться — чтоб быть, как вселенная.

не пойму тебя, извини,
говори хоть с утра до ночи,
но прошу, всё же говори,
мне приятен твой голос очень —
все слова мягки и тверды,
все слова льются, словно камни,
броским ворохом красоты,
что слух нежно и резко ранит.

говори, я прошу тебя,
те слова, что узнать не в силах,
словно холодом октября…

люблю тебя
и ненавижу!
зачем же ты,
зачем ты снова?
меня губя,
ни на грамм ближе,
твои ходы —
как мышелова,

зовёшь и вновь
бросаешь резко,
приманка есть,
и есть ловушка,
твоя любовь —
в ней всё не честно,
какая честь?
я лишь игрушка!

за десять лет
не смог оставить
игру свою
ты в кошки-мышки,
да, трудно мне
тебе лукавить,
я на краю,
и нет подвижки.

я не твоя,
и буду ли ей вовсе,
как этот мир
он странно нам придумал,
семья, друзья,
родители и гости,
он командир
и это его юмор.

а что же я
смеяться не умею,
ведь это всё
лишь повод смеху сочный,
ведь боль моя,
не стану что твоею,
не нанесёт
урона миру точно.

и новый мир…

реальности эти неведомы,
я раньше так в них не жила,
но ждали они нас заведомо,
не я их сейчас создала,

по капле откроем сомнения
и всё зло, что тихо растёт,
дойдя до вершины творения,
где каждый себя создаёт,

где всё в мир единый сливается,
и мир вдруг весь станет живой,
по капле он в нас проявляется,
растёт с каждой нашей игрой,

свершится всё, что им задумано,
до самой крупинки во тьме,
до вздоха, что я не придумала,
что свыше придумано мне,

и что к цели, к вечности истины
ведёт все песчинки и нас.
туда, где чисты мы и искренны,
осмыслен где каждый наш час,

но как же подарки огромные
возможно такие принять?
ведь там мы все кроткие, скромные
и жаждем всё лишь отдавать?

ведь там жить хотим тихо, преданно,
там цель в нас тверда, как скала?
то знает кто создал заведомо
всё, что я сейчас создала.