но, нет, конечно же, нет

если бы точно любил ты меня,
но, нет, конечно же, нет,
если б тебе вдруг нужна стала я
больше, чем солнечный свет,

то я б пришла и была бы с тобой,
но, нет, сейчас не приду,
я бы смотрела весь день лишь в лик твой,
прочь всю гоня чехарду,

если б была я реально важна,
но, нет, не быть всё ж тому,
я бы весь мир вырывала из сна,
чтоб он пришёл уж к нему,

только чтоб ты в мире сём счастлив был,
но, нет, ты счастлив сейчас,
ты продолжаешь жить, как прежде жил,
и не желаешь знать «нас»,

если бы был хоть надежды глоток,
но, нет, надежды уж нет,
вера потухла, истёк её срок
после семи долгих лет,

ты, видно, справишься с целью и сам,
да, видно, так, без меня,
жалко, путь тех одинок к небесам,
чьё сердце из янтаря.

но, нет, конечно же, нет

Равнодушие

Равнодушие

оно твёрдое, оно сильное,
ничего не сильно в нас так же,
не приложишь ни грамм усилия,
никакой шаг не будет важен,

оно строгое, безграничное,
всё внутри перестроит чётко,
в нём забыто чужое, личное,
в нём лишь клавиша «перемотка»,

оно жадное и завистливо,
открывается с пробужденья,
от него рождено бесчисленно
отравителей измененья,

оно холодно и мучительно
человеку всю студит душу,
чтобы жизнь была отвратительна,
чтобы вытолкнуть всех наружу.

остыла

остыла

это даже хуже, чем было —
там хотя бы меньше отравы,
пусть давно к былому остыла,
но вот так вот, ради забавы,

ради игр каких-то ужасных,
ради чувств каких-то ушедших
предавать так всех ежечасно,
чтоб в желаньях жить сумасшедших,

и других вводить в эту смуту,
все границы враз разрушая…

она сильная

она сильная

оторвалась и прочь улетела —
она сильная и это может,
она там, где давно быть хотела,
она там, где всё сердце тревожит.

хорошо ей, завидую страшно —
жить так смело в своём вольнодумстве,
она может быть там, где ей важно,
не боясь осужденья в безумстве.

и летает, парит так по свету…

Разлитое вино

Разлитое вино

Этих мыслей быть в нас не должно,
Но насколько ж легки эти мысли,
Оттолкнуть то, что свыше дано,
Чтобы сделать усилие к Выси,

А потом ощутить всё равно
Всё до боли последней, холодной,
Для чего же нам это дано,
Раз без этого мы не свободней?

я хочу быть лишь в этом плену,
Но борюсь, словно плен всё ж возможен,
Ощущать не умея вину,
Не умея быть хоть каплю строже,

я всё мысли о сладком толку,
А потом вновь поддамся их сласти,
я уверена, что утону…

сиеста

я сделаю это,
чтоб быть нам с тобой,
чтоб тайне запрета
дать, наконец, бой,

сработает — может,
иль ты не поймёшь,
но мысль не тревожит,
попытка что — ложь,

мне важно, чтоб было
нам место для лжи,
всё слишком постыло,
всё-всё — миражи,

уж лучше погибнуть,
зато быть вдвоём,
чтоб мир подлый выгнуть,
в котором живём,

где вечно сиеста
для жадных сердец,
но нам нету места —
пора, наконец!

сиеста

Но возможно

Ты не можешь знать, что будет,
Но, возможно, я то знаю,
И в сплетенья наших судеб,
Словно он с тобой, играю.

Веришь? Нет? Так в чём же дело,
Уходи и без сомнений,
Не узнаешь, что сумела
Взять из всех хитросплетений.

Интересно? Вдруг всё вижу?
Никогда не угадаешь,
Больше жизни ненавижу
То, во что со мной играешь.

Так что ту игру, что скрыла,
Проведу я не напрасно,
Столько лет без смысла было,
Но зато теперь я страстно

Буду брать всё, что раскрылось,
И вести до нужной цели,
Чтобы с нами всё случилось,
Чего нет на самом деле.

21 мая 2014 г., 7:11

Смерть же лучше

Смерть же лучше —
Я точно знаю,
Смерть же лучше —
Я точно вижу,
Словно тучи,
Я исчезаю,
Сердце мучить
Я ненавижу.

Нету боли,
Боль вся пропала,
Нету боли,
Боль была раньше,
Грусть о доле —
Этого мало,
Жизнь — лишь поле,
Смерть жизни дальше.

05.04.2014 (21.04.2014)

Смерть же лучше