хочется писать,
словно бы во мне
что-то есть внутри,
что ещё живёт,
что не хочет брать,
коему во сне
больно до зари,
где душа встаёт.
и пока ещё
не вернулась ввысь,
тут из тьмы веков
хочется творить,
словно бы прощён
тот, кто славит жизнь
и бьёт в пыль божков,
что мир смог отлить.
может вновь вернусь
к чистоте миров,
где его раба
до костей своих,
но когда очнусь,
вырвусь из оков,
пусть за мир мольба
превратится в стих.
это первое, что к нам придёт
и что между нами случится,
нам придётся в общее слиться,
провести жизни наоборот,
но пока лишь тень, только шаг,
первый вздох и первая тяга,
та улыбка, что залог брака
в первой встрече, первый раз знак,
мы потом увидим весь путь
и пройдём его до итога,
и узнаем очень в нём много,
только первый вздох не забудь,
так как будут сотни побед,
миллионы, тьма поражений
и сомнений, и возражений,
и прекрасных сказок, и бед,
но не будет первого дня,
когда ты узнал, что в сей бездне
есть тропа, что жизни чудесней,
что спасёт тебя и меня.
01.03.14 у
какие приключения
мы все вчера видали:
опасность, заточения,
свободу, свежесть дали,
и верность, отторжение,
предательство, подмогу,
покой и напряжение,
и чистую дорогу.
и низ огромной пропасти,
где нет ни шанса выжить,
и небеса той чёткости —
как будто в вечность вышел,
и боль, и грусть, и ветреность,
и радость до победы,
и точная размеренность,
и страсти, вздохи, беды.
наш день прошёл трагедией,
что бурей в нас кружила,
что нам открыла сведенья,
где золотая жила,
и мы с ней богатейшие,
таких как мы — немного:
у нас друзья вернейшие
и чистая дорога.
01.03.14 в
я не могу заснуть, а ночь идёт,
И вот осталось спать уж два часа,
А в голове бардак всё не пройдёт,
И много есть, что хочется сказать.
Но нет ушей, все спят и видят сны,
И их будить не смею под каприз,
Иначе чувство жалкое вины
Покрыть не сможет точно слов сюрприз.
И я грущу, смотрю опять в окно,
Как гуще, твёрже к утру темнота…
эти дни мне ни капли не ведомы,
но теперь я их краем узнала,
мною только стихи унаследованы,
в остальном я во всём проиграла,
вот уже половина столетия,
что мне злая судьба нагадала,
а на лбу одинока отметина —
грабли все к ней лишь я подбирала,
проживу еще столько же быстренько,
вот и всё — я своё отстрадала,
не была ни звездой я, ни выстрелом,
просто так в мелодраму играла,
люди жили, терпели, надеялись,
я конца жизни лишь ожидала,
все по миру, как птицы, развеялись,
я ж в деревне своей умирала,
в эпитафию даже причастности
я себе никакой не снискала,
— достиженья? свершенья? гуманности?
— нет, на русском она рифмовала.
связи нету —
где её искать?
ближе к свету,
как его узнать?
отвернуться
от себя самой,
окунуться
в мир совсем иной.
разве можно,
кто сие постиг?
невозможно
то узнать из книг!
ты увидишь —
всё возможно тут,
когда выйдешь…
я назову сына Моше,
чтоб он вел выше людей,
чтобы был предан ни телу — Душе,
в каждый миг жизни своей.
И вот война,
Она пришла, как гром с небес,
Она дана,
Чтоб взвыл всяк ангел, каждый бес,
И каждый шут
Сорвал свой шутовской колпак,
Кто думал — крут,
Теперь увидел, что дурак,
И все за меч
Взялись серьёзно, как один,
И сняли с плеч
Свои горшки для сладких вин,
Теперь у нас
Одна большая голова,
Без тьмы прикрас,
Но больше всех из нас жива,
Что вопрошал,
Забыл уж всякий, все — одно,
Одна душа
Ведёт войну, чтоб жить не сном.
7:09
мы не знаем, что там внутри,
ведь у нас была — пустота,
пусть вокруг неё фонари,
но она — до боли чиста.
а бывает что-то ещё —
говорят, что да, только где?
и когда я буду прощён,
иль оповещён о вреде?
или что я там сотворил?
отчего я в этом аду —
в темноте, без смысла, без сил,
в бесконечном жизни бреду?
кто любить готов эту ночь?
соблазнят кого фонари?
я хочу бежать только прочь,
но куда сбежишь — всё внутри.
какие ж вы, люди, черствые,
какие ж вы, люди, серые,
чтоб вырвать себе — упорствуете,
а в помощь другим — не веруете,
мне жалко вас, люди глупые,
мне жалко вас, люди бедные,
у вас сердца слишком хрупкие,
разбить их — другие первые,
и бьете друг друга — странные,
безжалостно, как фанатики,
вы плоские, негуманные,
а в жизни — ни грамма практики,
потом шишек кучу сделав зря,
избив всех, кого хотели вы,
поймёте — дороже тела всяк,
кому вы добро не сделали.
Быть частью целого 