Метка: Мои стихи

я пишу сейчас письмо тебе,
как я не писала никому,
благодарная я своей судьбе,
хоть сказать не в силах – почему:
вроде в жизни видела лишь боль,
вроде счастье было лишь вдали,
но судьба свела меня с тобой –
носом враз столкнула корабли.
 
и сейчас вот в этот самый миг
я могу тебе вот так писать,
пусть увидит то лишь мой дневник,
но ему могу я хоть сказать:
как же сильно я тебя люблю –
в жизни всё пред этим ерунда.
милый, милый мой, тебя молю:
будь всегда-всегда-всегда-всегда!
 
я пишу тебе своё письмо
в благодарность, что ты всё же есть,
в благодарность, что мне повезло
для тебя хоть что-то всё ж принесть.
и пусть буду вечно я писать,
и сотру все клавиши до дыр –
не смогу я полно рассказать,
как люблю тебя, мой новый мир!
 

тяжелей всего мне выносить –
бесконечность этот темноты,
невозможность всех людей любить,
толщину в их сердце пустоты.
остальное просто мне терпеть:
даже сотни самых длинных лет,
даже боль, обиду или плеть,
даже то, что не найти ответ.
даже одиночество – фигня,
и что вечно нужно мне идти,
только б не погасла у меня
важность цели на всём-всём пути.

если вдруг ты меня разлюбишь –
это будет прекрасно даже,
если чувство своё остудишь:
мне подарка не надо краше.
и жить будешь легко и просто,
даже если меня не станет,
перестану я жить для роста
или сердце меня обманет.
ввек тебя то не потревожит –
ты жить будешь и развиваться,
становиться душой моложе,
продвижением наслаждаться,
и весь мир приведёшь сам к свету,
без единой моей молитвы.
как хочу я реальность эту –
без меня где пройдут все битвы!
но реальность пока другая:
жаждешь ты, чтоб рвалась я в выси,
и в сём мире битва любая –
от моей просьбы зависит.

мы сейчас в пустыне,
мы в ней изменились,
и уже отныне
в цели растворились:
нету жизней наших,
есть, но тусклы очень
по сравненью даже
лишь с минутой ночи,
что в пустыне были,
потому что честно
в ней мы всех любили,
в ней друг к другу тесно
были мы прижаты
мыслями друг друга,
и мы были рады,
что живем для друга,
а не лишь для тела
и судьбы блестящей –
только лишь для дела:
цели настоящей.
 
мы уж вышли к людям,
и живем, как прежде…

я тебя выбираю
из возможностей многих,
словно лист я сгораю
среди мыслей столь строгих,
становлюсь я кристальной
среди белого пепла,
для меня мир был тайной,
но теперь я окрепла,
и уж стала большою
и свободной, как птица,
нашей общей душою,
что вот-вот уж родится.

весь мир – как одна лодка,
вся жизнь – как одна мысль,
не важно – громко иль кротко:
жить нужно, чтобы был смысл.
 
а смысл – он не в почёте,
а смысл – не в накопленьи,
не в том, что вы изречёте,
и не в жизни бурленьи.
 
не суть – кто рядом с вами,
не суть – сладко ли жили,
сидели ли в грязной яме,
иль с знатным людом дружили.
 
и пусть – жизнь, словно пакля,
есть, что мы и не знали:
весь мир – связан, как капля.
но люди ещё не "догнали"…

взаимная зависимость –
жить в ней, не убегая:
заботиться и истинно
жить так, а не играя.
 
боишься? то бессмысленно:
нет чувства легче, проще –
взаимная зависимость
даёт для сердца мощи.
 
мы станем сердцем сильные,
мы так всё в мире сможем,
обзаведёмся крыльями
и всем вокруг поможем.
 
душа одна – ранимая,
а вместе – эскадрилья:
зависимость взаимная –
расправь свободы крылья.

я рисую свою судьбу,
а судьба что-то не сбывается.
я несу на своем горбу
тех людей, кто по жизни маются,
их тащу по горам, лесам,
по болотам и через льдины,
открываю им чудеса,
и спасаю их от трясины,
доношу до белых ворот,
и пред ними всех оставляю,
а сама – вновь в круговорот,
и там новых людей спасаю.
 
не положено мне в судьбе
что-то большее, чем спасенье,
чем нести на своем горбе,
без обиды и сожаленья.
почему же мечтаю я
о другой рисованной сказке?
ведь не создана жизнь моя,
чтоб искать в своей жизни краски.
как же сложно так, право, жить,
как же больно и одиноко –
но ещё кто готов служить
для других только жизнь всю строго?

если в жизни цель, как жизнь, важна:
остальное быстро пропадёт,
я одной лишь целью сражена –
а другой любой пред мной падёт.
если ты желаешь быть другим –
скоро ты увидишь чёрный мир,
и ты насладишься точно им:
жизнь проплакав всю свою до дыр.
ты сейчас и вряд ли сам поймёшь,
что чрез десять или двадцать лет
ты в тупик отчаянья придёшь,
и увидишь – смысла в жизни нет.
а пока живи, свой прах любя –
грустно видеть то, но хочешь сам:
тем, кто хочет жить ради себя,
рано подниматься к небесам.

Наши мысли малюют
Наши жизни телами,
Где-то там существуют
Наши жизни, над нами.
А что тут происходит –
Это только проблемы,
И душа не находит
Смысла в жизнях, что тленны.
Где же смысл в сей жизни?
Как же жить, чтоб не тщетно?
Как найти в море истин,
Что не канут бесследно?