Метка: Мужчина и Женщина

мне тебя не хватает,
ну, прости, ну, прости,
время быстро так тает,
у тебя на груди
оказаться запретно,
оказаться легко,
если стать вольным ветром
и летать высоко,
и летать безгранично,
там, где сердце болит,
там, где так непривычно,
где печаль утолит
взгляд твой сладкий, весёлый,
тёплый, нежный твой взгляд,
под которым я квёла,
потому что мне рад,
потому что всю хочешь
ночь меня обнимать,
больше, чем всех-всех прочих,
и мне нежно шептать,
что всё в мире неважно…
ну, прости, ну, прости,
просто жизнь стало страшно
без тебя провести.

я любила отцов, а спала с сыновьями,
Но что делать, раз слишком трусливы отцы,
я всегда лью вино, не считаясь с краями,
И с бокалов моих пьют одни храбрецы,

В том не буду следить, кто достоин, кто знатен,
Кто почёт заслужил и был верен в делах,
Пить вино будет тот, кто его взял, и хватит,
А не кто скромно ждал, чтобы я поднесла.

Посему сыновья пьют вино и поныне,
А отцы скачут гордо себе впереди,
Пусть не будут близки так сердечно сыны мне,
Но они, не отцы, на моей спят груди.

31.07.2014 01:00-20:42

спать с тобой я ещё не умею,
спать с тобой я и не заслужила,
слишком сладко то — быть лишь твоею,
слишком я безалаберно жила,

спать с тобой мне в сей жизни не светит,
но я мыслями нагло лихими
обхожу все запреты на свете
и сплю рядом с мечтами твоими,

пропускаю, что важно, что верно,
да, мой мозг это видит и знает,
спать с тобой — это очень прескверно,
ведь лишь этого мне не хватает.

сумасшествие —
да, возможно,
позабыто всё,
как ни странно,
то прошедшее
было сложно,
он его рассёк
филигранно.

и сейчас у нас
тьма работы,
для меня чуток,
тебе — горы,
не хочу сейчас
я заботы,
странный шепоток,
разговоры.

не смотрю туда,
и не вижу,
и живу собой,
так обычно,
но вдруг, как удар —
ты стал ближе,
как же этот бой
мне привычен.

и я вновь молюсь,
чтоб нежданный
был мной позабыт,
как и прежде,
я тебя боюсь —
ты желанный,
навсегда закрыт,
без надежды.

если бы точно любил ты меня,
но, нет, конечно же, нет,
если б тебе вдруг нужна стала я
больше, чем солнечный свет,

то я б пришла и была бы с тобой,
но, нет, сейчас не приду,
я бы смотрела весь день лишь в лик твой,
прочь всю гоня чехарду,

если б была я реально важна,
но, нет, не быть всё ж тому,
я бы весь мир вырывала из сна,
чтоб он пришёл уж к нему,

только чтоб ты в мире сём счастлив был,
но, нет, ты счастлив сейчас,
ты продолжаешь жить, как прежде жил,
и не желаешь знать «нас»,

если бы был хоть надежды глоток,
но, нет, надежды уж нет,
вера потухла, истёк её срок
после семи долгих лет,

ты, видно, справишься с целью и сам,
да, видно, так, без меня,
жалко, путь тех одинок к небесам,
чьё сердце из янтаря.

это даже хуже, чем было —
там хотя бы меньше отравы,
пусть давно к былому остыла,
но вот так вот, ради забавы,

ради игр каких-то ужасных,
ради чувств каких-то ушедших
предавать так всех ежечасно,
чтоб в желаньях жить сумасшедших,

и других вводить в эту смуту,
все границы враз разрушая…

Этих мыслей быть в нас не должно,
Но насколько ж легки эти мысли,
Оттолкнуть то, что свыше дано,
Чтобы сделать усилие к Выси,

А потом ощутить всё равно
Всё до боли последней, холодной,
Для чего же нам это дано,
Раз без этого мы не свободней?

я хочу быть лишь в этом плену,
Но борюсь, словно плен всё ж возможен,
Ощущать не умея вину,
Не умея быть хоть каплю строже,

я всё мысли о сладком толку,
А потом вновь поддамся их сласти,
я уверена, что утону…

я сделаю это,
чтоб быть нам с тобой,
чтоб тайне запрета
дать, наконец, бой,

сработает — может,
иль ты не поймёшь,
но мысль не тревожит,
попытка что — ложь,

мне важно, чтоб было
нам место для лжи,
всё слишком постыло,
всё-всё — миражи,

уж лучше погибнуть,
зато быть вдвоём,
чтоб мир подлый выгнуть,
в котором живём,

где вечно сиеста
для жадных сердец,
но нам нету места —
пора, наконец!

всё ужасно,
и будет хуже,
я не знаю,
как двигать дальше,
и напрасно
меня он кружит —
я лишь таю
в желанье к фальши.

ты-то можешь…

я прикасаюсь
Кожей своею
К коже твоей
И улетаю,
Жадно бросаюсь,
Чтоб быть твоею,
И не жалей,
Что вся сгораю.

Взрыв, боль и сласть
Станут прошедшим,
Далёким днём,
Как школьный бал,
Но сейчас страсть
Кажется вечным,
Ярким огнём,
Что нас спаял.

Только минута,
Долгая страшно,
И ночь забудет
Нас, как и всех,
Всё это утро
Бродить по пляжу
Босиком буду,
Смакуя грех.