как же жить мне вновь без тебя,
впрочем, можно, да, ведь можно:
так жила уж веками я,
пусть и сложно, очень сложно.
умирала, рождалась вновь
по крупицам, по крупицам,
и растила твою любовь –
всю к частицам, моим частицам.
и любил меня больше ты,
и сильнее, ох, сильнее,
исполняя мои мечты,
не жалея, не жалея.
становилась сильною я
бесконечно, бесконечно:
стала я тебе…
я хотела б улететь
далеко, далеко,
и оттуда миру петь –
там легко, там легко.
но сказал мне мир, что нет –
не могу, не могу,
что должна идти на свет,
и бегу, и бегу.
только нету больше сил –
я лежу, я лежу,
если б ты меня любил…
я целую твои глаза,
чтоб они уж не уставали,
я могу тебе рассказать
о местах, где мы не бывали.
обнимаю плечи твои,
чтоб у них было силы больше,
все секреты, тайны мои –
я могла бы хранить и дольше.
то, что я расскажу – это даже и слишком,
то, что я утаю – это мелочь пустая,
буду жить недостатком, пусть все и излишком,
будет жизнь моя тяжкая и непростая.
будут все танцевать, веселиться до смерти,
будут снова и снова менять развлеченья,
я до смерти жить буду в большой круговерти,
среди трудных препятствий и даже мученья.
среди жизни моей не найдёте раздолье,
я же буду свободней, счастливей, чем мысль,
то, что я расскажу – вашей жизни застолье,
то, что я утаю – вашей жизни весь смысл.
боже, я не верю, начальник отпустил меня в новосибирск.
в этом месяце у меня просто сдали все нервы. у меня не было сил ни на что.
я настолько была вымотана всем происходящим, что лечь и умереть — это единственное, что мне по-настоящему хотелось.
и сейчас, когда это действительно случилось, и когда уже случилось всё, что случилось прежде — мой мозг просто не верит в возможное спокойствие.
такое чувство, что в дальнейшем, даже если луна упадёт с неба мне на голову — для меня это будет всё ерунда.
ладно, всё не важно. начну лучше историю про Сару. думаю, теперь уже можно.
ДОВЕРЧИВОСТЬ – ЭТО ЖЕЛАНИЕ ПОЛНОСТЬЮ ОТДАТЬ СЕБЯ В РУКИ ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА. ДОВЕРИЕ – ЭТО УСИЛИЯ ДВОИХ ЛЮДЕЙ.
всё изменилось,
круто, наверно,
он стал далёкий,
странно далёкий.
не получилось –
мозгу лишь скверно,
смысл глубокий,
ясно, глубокий.
как же приятно,
нет, не пустая,
в душу вернулся,
кто был тут раньше,
невероятно:
жизнь не простая,
мир мой проснулся
снова от фальши.
всё очень быстро
и несравненно,
многообразно,
просто и точно.
жить хочу чисто:
самозабвенно,
то лишь прекрасно –
что вечно, прочно.
он такой — я других не знаю!
он такой — я других не вижу!
наслаждаюсь я им и таю,
и хочу быть бескрайне ближе.
может, да, может, это — слишком,
может, нужно — мне быть скромнее,
но я рядом — почти как мышка,
потому что — да, он сильнее!
ах, как быть, как мне быть приятно,
ах, как быть круто…
2 дня в доме нет отопления — была авария, до сих пор не могут починить.
2 дня вечером все приходят с работы и врубают электрические обогреватели. в половине дома гаснет свет.
для восстановления света электрики едут часа 2-3. приезжают, делают, уезжают. все жители врубают снова обогреватели, свет снова гаснет. электрики едут еще 2-3 часа до дома…
сейчас за окном воет такой ветер, что страшно. холод в квартире дикий.
написала на сайт администрации города. они любят бегать по таким обращениям на сайт и давать всем по ушам.
думаю, глава района узнает мою фамилию — не зря к нему на совещания сто раз ездила.
даже знаю фразу, какую он скажет — ну, что ж вы, Мила, не могли, что ли, мне позвонить. что ж вы сразу в приемную Губернатору пишите, как не родная.
когда исчезают покрытия,
и кто далеки – вдруг встречаются,
когда в жизни просто события
меняют всё, а не случаются,
тогда ты не просто вдруг чувствуешь,
что жить можно, что жизнь реальная,
не просто другим ты сочувствуешь,
не видит кто – жизнь интегральная,
а ты хочешь с сильною, страстною
потребностью – выстроить каждому
возможность увидеть прекрасную
картину, единственно важную,
которая вечно открытая,
которую нам предназначили,
которая миром забытая,
но мы без неё – жить не начали.
Быть частью целого 