Быть частью целого

Может ли быть хорошим сапожник – если у него самого нет сапог?
Неужели ему не хватает времени сшить сапоги самому себе?
Или не хватает денег на желаемые сапоги? Значит, он слишком любит себя, желая только самого лучшего?
А, может быть, сапожнику нравится ходить босиком? Тогда имеет ли он вообще право быть сапожником?..

Не успела я додумать эти вопросы, как мне позвонила подруга из Израиля и рассказала секреты сапожного мастерства.
Она говорила, что не просто так я стала сапожником, не сам сапожник выбирает, кем ему быть. Рассказала, что все мои страхи – вдруг я не смогу быть хорошим сапожником, потому что никто не обучал меня делать сапоги, и нет поблизости никаких других мастеров этого дела, у кого я могла бы поучиться – все мои страхи необоснованны. Ведь главное – любить вверенное тебе дело и желать помогать людям.
Подруга знала много сапожников…

Сегодня в школе нету воспитания –
Оно как будто быть и не должно,
А в здравоохранении желание –
Чтоб было население больно:
Тогда лекарств побольше в мире скупится,
И это цель, как цель любой войны.
Во всём мы ищем – это нам окупится? –
На уровне семейства и страны.

Наш эгоизм развился – словно опухоль,
Тихонько человечество губя:
Наркотики, курение и алкоголь –
Так убиваем без войны себя.
И нет ответа, нет у человечества –
В чём смысл так страдать, зачем так жить? –
Не ради рая ж или же отечества,
Не чтоб жениться, кушать иль служить.

И в мир потусторонний – в нас неверие,
Религий сказки не хотим мы знать,
К чему сегодня может быть доверие? –
Мы верить не хотим, лишь ощущать.
Нужна затем методика реальная –
Раскрытия природы, связей всех:
Чтоб стала в кризис жизнь рациональная,
И не богатых – общий был успех.

в общем, проблемы начались — не могу писать просто. начинаю, заставляю себя, и вроде даже когда заканчиваю — всё понятно. а через полчаса перечитываю, вообще нифига не понятно. не по-русски. не для людей.
что делать — не знаю. первый раз вроде такое. или было уже — может, забыла. память, слава богу, никакая. ну, хоть это…

Он приходит в мир – словно пустой,
Наполняя из мира себя,
И кем будет – преступник, герой,
Будет жить – ненавидя, любя:
Не решает уж сам человек,
А решает мир – чем наполнять,
Чем любой будет жить весь свой век,
От чего наслаждаться-страдать.

Сам одно может только решить –
Человек, что пришёл в этот мир:
Или будет себя он любить –
Украшая всю жизнь лишь мундир,
Иль решится искать другой путь,
В коем жизнь изменить можно враз –
Чтоб любить не мундир, а всю суть,
И не – как жизнь пройдет, а сейчас.

Месяц прошел – что ж, прости и прощай,
Сделаю вид, что тебя не любила,
В мыслях своих всё ж меня навещай.
Не изменила и, нет, не забыла.

Просто, зачем мозг морочить тебе,
Если не можешь ты даже признаться,
Что я была в твоей яркой судьбе –
Кем-то, кем ты всё ж хотел наслаждаться.

Так тяжко именем только мне быть,
Лишь на задворках страны виртуальной…

слиться с источником,
верною силой,
что мыслью прочною
по твоим жилам
проведёт быструю
связь лишь с системой,
жизнь сделав чистою –
цели эмблемой.

чувствовать линию,
жаждать истока,
станет жизнь сильною,
нужно немного –
погрузить мысленно
всю её в воду,
чтоб вошла истина
плотно в природу.

можешь стать верною
частью сей жизни,
видеть безмерную
лестницу в выси –
сильно ли хочется?
жажда густая?
слиться с источником
может лишь стая…

у меня пока мало товарищей,
да, и кто я такая пред ними,
как же сильно хотелось быть дарящей,
но пока лишь могу быть хранимой,
как сестра, позади братьев скрытая,
что могу я им дать – только кроху,
их заботой бескрайней накрытая,
я расту так чуть-чуть, понемногу.

у меня пока мало товарищей,
но вот-вот будет их очень много,
я смогу стать – все силы направившей,
чтоб широкой им стала дорога,
мои братья, они хоть невзрослые,
но растут с каждый днём выше, краше,
и такие в них мысли серьёзные,
что свершатся стремления наши.

у меня пока мало товарищей,
а товарок – ох, я их не знаю…

очень сильно, почти невозможно
я хочу всем с тобой поделиться,
как же сделать сие осторожно,
чтоб случайно не проговориться?

столько тайн есть, чудных отношений,
столько связей, восторгов, событий,
и возможности новых решений,
и для мира – совместных открытий.

но с другими – ни с кем я не в силах:
не поймут, не раскроют, не смогут…

ничего страшного, всё ещё будет,
наши проблемы станут неважными,
а после смерти кто нас и осудит?
люди жестоки – так как продажные.

ничего страшного, скоро уж, скоро
мир измениться захочет сам точно.
и без сомнения, без уговора –
он к нам придёт, ведь мы знаем цель прочно.

ничего страшного… как же скучаю,
как же тоскую я, жажду коснуться,
за всё, что не было – мир я прощаю,
мир сам не может без боли проснуться.

ничего страшного, что у нас осень:
мне говорят, что у вас ещё лето,
страшно одно – что Его мы не просим
быть в одной мысли, летаем всё где-то.