Быть частью целого

в нас есть душа – она живёт другими,
а остальное – это не душа.
вас ощущаю сильно так родными,
от каждой мысли общей – как пожар.

мы можем много – лишь бы делать верно,
давно должны мы – миру и ему,
а ощущенье – да, уж лучше скверно:
так мы хотя бы не пойдём ко дну.

но я хотела б очень-очень сильно
вас всех избавить от таких невзгод,
и если будет это мне посильно –
себя я выжму всю за этот год.

а то, что дальше – лишь бы мы решились
стереть желанья, стать одной душой.
те состоянья, в мире что свершились –
лишь мы творили мыслию большой.

не можем жить мечтами мы своими:
за мир должны мы думать и решать,
в нас есть душа – она живёт другими,
а остальное – право, не душа.

Нам не хватает ответственности. Не за себя ответственности, заботы не о себе.
И не о своих детях, муже, родителях, родственниках.
Нам не хватает ответственности за весь мир. Да-да, заботы обо всём мире и ни на миллиграмм не меньше.
Конечно, до такого надо расти. И даже, скорее всего, расти и расти…
Но это необходимо. Без этого человек просто белка в колесе, крыса в своей клетке — и туда он запрятал сам себя, а ключи выбросил почти с рождения.

Конечно, окружение привило ему такие ценности — но он-то сам выбирал его себе. Ведь мы всегда можем выбрать себе друзей, жену-мужа, рабочий коллектив. А то, что при их выборе мы руководствуемся испорченными ценностями — так это наша вина. Никто нас не заставлял выбирать себе пару по внешности, друзей для развлекухи в стиле попить пиво, посмотреть футбол или обсудить шмотки общей знакомой. И коллег не обязательно выбирать, исходя из престижности и оплаты работы. А относительно чего ещё-то их всех выбирать?

А подумайте, чего бы вы хотели в жизни. Каких хотели бы ценностей для своих детей и себя самого — вот относительно этого и выбирайте себе пару, сотрудников с работой и, конечно же, друзей.
Естественно, не просто. Естественно, единомышленников, кажется, почти нет в этом мире. Но, поверьте, среди 7 миллиардов они точно присутствуют. И жить с ними, пропитываться их важностями, а не телевизионно-газетными — это намного будет интереснее и полезнее, как для развития, так и для всех аспектов жизни.

я выбираю себе друзей, исходя только из их ответственности за мир. Осталось сменить работу и выбрать себе такую же пару))
Ах, как же сложно жить так, как учишь жить других 🙂

как же я люблю вас. вас двоих. и ничего с собой не могу поделать.
моё чувство к вам неописуемо. оно начинается потихоньку зарождаться к другим, но никак не может дойти до такого огромного, бесконечного состояния.
я люблю вас. вы для меня — самые близкие люди на земле. и больше всего на свете я хочу так любить весь мир. каждого мужчину, каждую женщину, каждого ребенка.
какой бы прекрасный мир был бы тогда.

господи, в какой же я жопе.
и дело совсем не в том, что у меня дома нет интернета — при желании очень просто выйти из дома, сесть на скамеечку перед входом и поймать несколько вайфаев в любое время суток.
и дело не в том, что на эту неделю я стала мамой — мне дали ребенка, так как в суккот садик закрыт, а родители работают. а я совсем не умею воспитывать детей и чисто интуитивно занимаю девочку разными делами, вместо того, чтобы передавать хотя бы какие-то важные жизненные принципы.
и проблема не в том, что я, как обычно, в непонятном положении на всех возможных фронтах.

а дело в том, что лучше бы я бы ничего не ощущала.
как я завидую вам — вам всем, всем 7 миллиардам, не имеющим таких проблем. не ощущающих то и так…
а впрочем. конечно же, это подарок. гигантский подарок, который я должна нести в отличие от и скорее всего за всех 7 миллиардов.
просто своим глупым, мелким, наполовину животным мозгом я пока не могу это понять…

я не могу сейчас не написать это. Потому что снова данное чувство вошло в меня. Как же давно оно ко мне не прикасалось. Уже полгода…

Уже полгода я не была в Израиле. Точнее ровно восемь с половиной месяцев. Ровно.
И что с того – что с того, что ровно и что восемь с половиной?
Что изменилось? Выросла ли я? Что значит, что я выросла?
К чему я готова? И готова ли к чему-то вообще?
Что такое 8,5 месяцев, что такое 9 лет и 20 дней?

Да, ничего все эти месяцы и лета – один лишь миг.
Да, ничего не изменилось. Хотя на самом деле изменилось всё.
Что такое это всё – это всё, что только могло измениться. Это самое главное. Самое необходимое из того, что возможно. Самое.

я сижу в римском аэропорту перед большим окном. Точно такие же окна в Бен Гурионе. И они так же смотрят на меня своей темнотой, ведь улетаю я обычно ночью.
Но сейчас я не улетаю. я лечу туда. И если б вы знали всё, что произошло со мной, всё, что прочувствовала я за эти 9 лет и 20 дней – вы бы тогда и только тогда поняли бы, что для меня будут – последующий час до посадки, час и 40 минут до взлета, и 5 часов, ровно 5 часов до прилета туда…

Да, что такое часы? Да, что они по сравнению с теми 19 годами, пока я не знала смысла своей жизни? Пока я была безумно одинока с кем бы рядом я не находилось, пока мои стихи были проникнуты безвыходной безнадежностью, пока я глотала слёзы каждую ночь от возмущения, почему меня заставили родиться и жить в этом бессмысленном до самой его глубины мире!

А потом я нашла. И это изменило всё.
А потом через 7 месяцев я первый раз приехала в Израиль. И это изменилось всё.
А потом изменения пошли раз в полгода.
А потом раз в месяц.
А потом каждую неделю. Каждый день.
А потом… а потом… а потом!

я буду там 6 дней. Всего лишь 6 дней. Целых 6 дней.
И вы даже не представляете, что я за эти 6 дней там в силах сделать. И что я сделаю. Со всем миром. С каждым человеком в мире. И даже с тобой.

Этот пост я, конечно же, удалю. Слишком уж легкомысленный. Слишком уж самонадеянный. Слишком уж слишком…
я удалю его через 6 дней и 5 часов. Хотя, на самом деле, время не важно. И числа не важны. И не важны слова.

Конечно, я могла бы сказать, что важны чувства. Но не важны и они.
Единственное, что важно – это то, чего у меня не было 19 лет и что у меня есть сейчас.
Благодаря чему даже моя дурацкая, бредовая писанина тут имеет такой смысл, какой почти никто не поймёт. Но всё таки он есть. И вы не представляете, насколько он есть…

Ваша М.Л.

под римом дождь. не поеду в рим — холодно вдруг стало.
хотя часто бывает дождь, когда мы уезжаем. видать, природа на своем уровне чувствует. смешно — чувствует, даже мы этому пока не научились.
надо не забыть купить по дороге кофе. итальянский кофе действительно хорош.
я похоже действительно взрослею. если не мозгом, то хотя бы так. и сиё действительно полезно. и не только мне.
итальянцы очень тёплые, почти как русские. только не любят, как русские, наступать друг другу на мозоли. с ними комфортно, они молодцы.
вечером улетаю в тель-авив. надеюсь, пара-тройка человек этому будут рады. ну, хотя бы пара точно — и то хорошо.
так что ждите. и всё будет 🙂

я, наконец, отогрелась.
а ещё тут чудесный кофе.
а ещё финляндия и торонто надавали мне пластырей для моих несчастных мозолей, германия намазала их мне каким-то суперзаживляющим кремом, македония надарила подарков – всяких ручек с сердечками, вазочек, прищепочек фигурных.
в общем… можно я здесь останусь навсегда?
а то уже забыла, что это такое – когда о тебе кто-то заботится…

Сижу сейчас вся в красках и лаке. Покрывала лаком матрёшки, которые мы вчера с подругами раскрашивали.
Было весело, ребёнок одной из подруг бегал по матрёшкам и пытался съесть тюбики с красками. А мы у него всё это дело отбирали и пытались привести в приличный вид деревянных девушек, в чём все проявили свои неописуемые творческие таланты. я потом наши таланты выставлю на всеобщее обозрение.

А сейчас я после вчерашнего безобразия матрёшки залакировываю. Но больше лакирую себя, чем их.
Сижу вся в краске и лаке. Нос чешется. Причём краски уже не отмываются – они напрочь залакированы на моих конечностях.

Вот такая красивая и разноцветная я и поеду завтра в отпуск. Поеду в любом случае, несмотря на то, что начальник сегодня смеялся – вам завтра прогул поставить?..