Быть частью целого

Меня сегодня разбудили итальянцы. Звонили из авиакомпании мне на сотовый. И пытались что-то там объяснить на своём итальянском, а потом, после моих непонимающих мычаний – на английском.
я, конечно, прекрасно знаю эти два языка, посему всё, что смогла на свою сонную голову сообразить – "ин емайл информейшен плиз". После чего итальянцы пролопотали что-то похожее на мой емейл, на что я вспомнила клёвое слово "ес", и итальянцы меня отпустили.

А смысл в чём – если б в каком-нибудь аэрофлоте или аэросвите изменился рейс: я бы узнала об этом, ну, процентов на 100 уже после приезда в аэропорт. А тут, блин, на каких-то 40 минут рейс переносится, причём не на раньше, а на позже. И со стыковками от этого никаких проблем не могло бы быть по определению – но заботливые итальянцы всё равно мне позвонили, аж из самой Италии, чтобы предупредить об этом.

Вот бы мы все так заботились друг о друге в нашем мире: о каждой мелочи, о каждом человеке. Какая бы жизнь была – сказка!
Только воспитывать это в людях надо с рождения, с самого детства. Лишь тогда внимательность к другим – будет искренняя для всех и в первую очередь для самого себя. Потому что, как бы сейчас не заставляли себя аэросвитовские и аэрофлотовские стюардессы улыбаться – рано или поздно кому-нить да нагрубят, кого-нибудь да пихнут, или же, когда их никто не увидит, скривят рожу от недовольства пассажирами.

А забота и внимание к другим – должны быть искренние. Должны быть изнутри, честными, от самого сердца.
Такое возможно лишь из воспитания, привитого с раннего возраста. Причём не просто воспитания от родителей и учителей – такими же должны быть у ребенка и друзья, такое же он должен видеть и по ТВ, и в газетах-интернетах. Потому что, когда родители говорят – улыбайся, а в телевизоре ребенок видит сплошной обман, тогда ребёнок поступает в большинстве случаев, следуя плохому примеру – природа у нас такая, что поделать.

И важно, что хочется дать хорошее воспитание своим будущим детям – но так не хочется их для этого отправлять в Европу. Как бы сделать в своей стране возможность привить ребёнку заботу о других – как одну из главных ценностей?

сплю в вечности одна Твоей,
не начинаю думать даже,
что жизнью буду жить своей —
и ни сегодня, ни однажды,
и это здорово мне знать,
что никогда не буду больше
в себя вокруг всё получать —
не буду жить для своей толщи.

ну, если надо — там, потом,
в каких-то новых измереньях,
когда я буду жить не сном,
а в чистых, как слеза, мгновеньях,
быть может, там по крошке я
начну тихонько наполняться,
но так боюсь того я дня —
боюсь вдруг взять, не удержаться.

свобода — это быть пустой
во тьме, одной, среди бессилья,
и все секунды жить Тобой,
и отвергать всё изобилье,
ах, как же больно знать, что — нет,
не будет так для мира верно,
и надо выползти на свет,
и там расти, расти безмерно…

все хотят, чтоб в жизни их любили,
чтоб любили бесконечно их –
чтоб о них заботились, хранили:
все к себе желают чувств таких.

ну, а сами – сами б не хотели
ни зависеть сильно от других,
ни чтоб их сердцами кто владели:
от себя не жаждут чувств таких.

мы хотим особенным быть кем-то,
чтобы выше всех ценили нас,
и быть в жизни мы хотим лишь с тем, кто
разглядит в нас множество прикрас.

но кто рад…

Так легко чистой быть, неприступною,
Впрочем, я уж давно то хотела,
Моя жизнь стала снова безлюдною,
И рука водит ручку так смело.

Ну, а скоро уеду в Италию –
Оторвусь от обычного резко,
Ощутив лишь чужую реалию,
Мозг решает, что жить не так пресно.

И Европа меняет желания –
Так что думать о прошлом не буду,
А нет прошлого – нет и страдания:
Этот способ подобен в нас чуду.

я сейчас бесконечно свободная –
В получении только загвоздка,
А в отдаче жизнь – вся полноводная:
Это всё до безумия просто.

А расти – может, мне не положено…

все люди нам – дети,
должны их любить,
за всех быть в ответе
и ради них жить.
но не ощущаем,
что мы им – семья,
за них не страдаем,
живём, не любя.

как сердце направить
на верную нить –
чтоб в нём не лукавить,
а честно просить?
вложи своё время
и силы в людей –
тогда через бремя
полюбишь детей.

в общем, мне тут подруги нашли жениха.
всё, что от меня требовалось — сказать одной из них в разговоре нечаянно про него "да, хороший парень". в итоге одна сказала второй, вторая третьей — и мне было официально заявлено, что они завтра обработают моего будущего мужа на предмет "поговорить с ним правильно обо мне", посему я должна срочно идти в парикмахерскую, за новыми шмотками и вообще готовиться морально к свадьбе…

я, конечно, с перепугу чуть не пошла сдавать билеты. но потом подумала — фиг с ним: в загс они за меня всё равно не пойдут, и в парикмахерскую насильно не затащат. так что, рано или поздно отмазаться от брака и стрижки я сумею. надеюсь…
а парень…

целый век в моём Питере дождь,
заливает что парки, фонтаны.
моё сердце, прошу, не тревожь –
в нём и так не зажили те раны,
создала что моя в нём душа,
увлекая в небесные выси –
проводя сквозь потоп и пожар,
не давай счастливым быть в жизни.

но не может душа больше ждать –
перед ней мир людей, мир страданий,
она может лишь сердце понять,
но нет времени для ожиданий.
посему сердцу всласть не пожить,
погулять сердцу времени нету,
нету времени даже любить –
сердце может стремиться лишь к свету.

ну, а свет – то его обожжёт,
то потопит в бездонных страданьях.
нет, душа сердце не бережёт,
не поможет ему в испытаньях –
просто смотрит и дальше ведёт,
дальше тащит всё выше и выше…

Может ли быть хорошим сапожник – если у него самого нет сапог?
Неужели ему не хватает времени сшить сапоги самому себе?
Или не хватает денег на желаемые сапоги? Значит, он слишком любит себя, желая только самого лучшего?
А, может быть, сапожнику нравится ходить босиком? Тогда имеет ли он вообще право быть сапожником?..

Не успела я додумать эти вопросы, как мне позвонила подруга из Израиля и рассказала секреты сапожного мастерства.
Она говорила, что не просто так я стала сапожником, не сам сапожник выбирает, кем ему быть. Рассказала, что все мои страхи – вдруг я не смогу быть хорошим сапожником, потому что никто не обучал меня делать сапоги, и нет поблизости никаких других мастеров этого дела, у кого я могла бы поучиться – все мои страхи необоснованны. Ведь главное – любить вверенное тебе дело и желать помогать людям.
Подруга знала много сапожников…

Сегодня в школе нету воспитания –
Оно как будто быть и не должно,
А в здравоохранении желание –
Чтоб было население больно:
Тогда лекарств побольше в мире скупится,
И это цель, как цель любой войны.
Во всём мы ищем – это нам окупится? –
На уровне семейства и страны.

Наш эгоизм развился – словно опухоль,
Тихонько человечество губя:
Наркотики, курение и алкоголь –
Так убиваем без войны себя.
И нет ответа, нет у человечества –
В чём смысл так страдать, зачем так жить? –
Не ради рая ж или же отечества,
Не чтоб жениться, кушать иль служить.

И в мир потусторонний – в нас неверие,
Религий сказки не хотим мы знать,
К чему сегодня может быть доверие? –
Мы верить не хотим, лишь ощущать.
Нужна затем методика реальная –
Раскрытия природы, связей всех:
Чтоб стала в кризис жизнь рациональная,
И не богатых – общий был успех.

в общем, проблемы начались — не могу писать просто. начинаю, заставляю себя, и вроде даже когда заканчиваю — всё понятно. а через полчаса перечитываю, вообще нифига не понятно. не по-русски. не для людей.
что делать — не знаю. первый раз вроде такое. или было уже — может, забыла. память, слава богу, никакая. ну, хоть это…