может, начали не верно,
может, это не начало.
почему в душе так скверно —
словно я к тебе кричала,
а ты даже не ответил.
может, это просто глюки,
что разносит зимний ветер
просто так всем нам от скуки.
может, путаюсь без смысла:
широко воображенье —
посему я так зависла
без какого-то решенья.
что хочу? немного, честно:
чтоб в мирах обоих жили,
и в тебе чтоб было место,
где хоть каплю вместе были.
как река забытая
средь лесов неведомых,
я с природой слитая
связью мыслей преданных.
и закрыта скалами,
что за лесом высятся,
от всех, кто с оскалами
жаждет лишь возвыситься.
но в лесу сём девственном —
словно в изоляции:
пусть тут благоденственно,
как же в циркуляции
мне расти, и шириться?
как набраться опыта?
для чего мне силиться —
нет тут даже ропота?
разве я не вынесу
грязные притоки?
к чистоте не вылезу
в самом пусть итоге?
для чего же вечно так
жить в тиши и сказке?
мда, а ты-то видно внешний,
что же делать мне с тобою?
окунулась в мир безбрежный,
окунулась с головою,
а мир твой — квадратный метр:
еле вынырнуть успела.
не нашла в тебе я недр,
как того б я ни хотела.
и что делать — жить так дальше
с тем, чьи ценности — два шага?
жизнь нужна мне вся из фальши?
лучше жить уж, как дворняга,
но зато другой судьбою:
глубина где — бесконечна.
буду жить, но не тобою,
буду жить лишь тем, что вечно.
хватит сходить с ума.
время идёт — очнись!
да, за окном зима,
но к свету повернись:
видишь, пришла пора,
видишь, мы в тишине,
а ведь ещё вчера
были мы всех сильней,
бились мы за мир весь,
бились мы против снов,
преодолели спесь,
чтоб стать все, как одно,
мы рвались к небесам,
небо уж ждало нас,
время шло по часам,
коих не видел глаз,
мир был совсем другим,
мысли все — как вода,
жили мы все одним,
каждый миг — за года.
но вот сейчас пришло —
то, что мы каждый сам
бьёмся за барахло,
словно сей важен хлам…
мы должны стать одним целым,
что бы то ни означало,
заниматься в теле — делом,
а душа чтоб вся кричала,
и так каждый миг, что вместе,
и так каждый миг раздельно,
не желая даже лести,
как и страсти неподдельной,
ну а если пожелаем —
не бояться всё ж желанья,
а лишь помнить, что страдаем —
только, чтоб сквозь состоянья
сделать над собой усилье,
приподняться вверх над телом,
выбрав вместо изобилья —
чтоб мы стали одним целым.
11.03.12, виртуальный урок
я проверку не прошла —
пред тобой бессильна.
зря так долго я росла,
надрывалась сильно?
лишь немного поманил —
пала белым снегом,
что нас утром посетил
на весну набегом.
ни минуты не врала —
знала, что я пала,
что свои я два крыла
у других украла.
ну, что делать — сердце мне…
страх, какой-то дикий страх
подойти к тебе —
сердце падает во прах,
нагло врёт себе,
что мне надо лишь бежать
дальше от тебя,
что скорей-скорей спасать
надо мне себя,
гордость быть должна всегда
в женщине любой,
посему пусть я тверда
буду в том с тобой,
и не улыбать лицо —
важно так стоять,
словно в парке деревцо,
словно стерва я.
вот, ко мне подходишь ты,
строго так стою…
ещё четыре дня,
четыре с половиной,
и может быть, опять
увижу я тебя.
зачем схватил меня
глаз нежных хваткой львиной?
я не могу дышать,
четыре дня терпя.
как много в них часов,
минут, секунд, мгновений,
должна сидеть, ходить,
лежать и вновь вставать.
ах, как бы на засов
без всяких сожалений
себя в тебя вместить,
и больше не летать?
и жить так день-деньской:
в твоих мечтах и мыслях…
поцелуями зацелован,
и руками обнят так нежно,
вижу, что заинтересован
в том, что ждёт тебя неизбежно.
как спастись тебе? нету смысла:
от любви такой не укрыться –
ты моею овеян мыслью,
и не сможешь другой напиться.
если хочешь – пытайся, бейся,
убегай, прячься в поднебесье,
даже в угол неба забейся…
гипнотизирую снова страницу,
нет, не могу выбирать я синицу,
жажду я лишь журавля,
сердцем дойдя до нуля.
в чём же связаться с тобою позволишь?
или без жалости душу уколешь?
в мысли ты плотно вошёл,
и им с тобой хорошо.
да, ты, конечно же, сам не виновен:
сам не хотел быть ко мне хладнокровен,
и чтоб сходила с ума –
я не хотела сама.
Быть частью целого 